Остолбеней!

Добро пожаловать!

Доброго времени суток, уважаемые читатели! Если Вы читаете этот текст, значит, Вы зашли на православный миссионерский ЖЖ-портал «О Гарри Поттере - по-православному».




Данный журнал создан инициативной группой православных мирян Нижегородской митрополии, озабоченных тем, что поттеромания в нашей стране, вопреки авторскому замыслу Джоанн Роулинг, принимает какие-то прооккультные, а то и просто аморальные формы, вплоть до абсурдного культа лорда Вольдеморта и его "пожирателей смерти". На наших глазах на постсоветском пространстве «дичает» хорошая книга (как это произошло ранее с «Властелином колец» Толкина). Отчасти в этом есть вина и некоторой части православных, увидевших в сказке про Гарри пропаганду магии и сатанизма. Мы с такой постановкой вопроса категорически не согласны. Зато согласны с Джоанн Роулинг, писавшей, что весь смысл «Поттерианы» резюмируется двумя фразами из Нового Завета: «Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше» и «Последний же враг истребится – смерть».

Нет, мы не оправдываем магию и не утверждаем, что магия совместима с христианством. Сама Роулинг счастливо избежала этого искушения. В седьмой части Гарри и Гермиона в Рождественскую ночь оказываются на христианском кладбище, рядом с церковью и слышат праздничное пение. По некоторым, вполне уловимым, интонациям чувствуется, что автору хочется ввести их в храм и заставить славить Родившегося Господа, но именно в этом случае книга стала бы религиозным хулиганством, недопустимым смешением христианской веры и магии, которое, конечно, можно было бы только анафематствовать. Но в дело вступает авторская самоцензура – и Гарри отправляется не в храм, а на могилу родителей, на которой он, в силу обстоятельств, не был шестнадцать лет. Сказка и религиозная вера остаются в «Гарри Поттере» как бы в параллельных мирах, не пересекаясь. Впрочем, Роулинг не упускает случая намекнуть, что её герой всё же не совсем чужд христианству: как на могиле родителей Гарри, так и на могиле родственников его учителя Дамблдора (похороненных рядом) красуются новозаветные изречения. Гарри – это современный западный ребёнок, забывший о своих христианских корнях.

Гарри, его друзья и его наставники – не более «маги», чем Незнайка в сказках Н. Носова: их орудие – волшебная палочка, а не падшие духи. Демонический мир вообще редко упоминается у Роулинг, причём исключительно в связи с Вольдемортом и его единомышленниками. Так что «Оссерваторе Романо» ошибается, утверждая, будто в «Гарри Поттере» «избранные интеллектуалы умеют властвовать над тёмными силами и преображать их в силы добра». Ни с какими «тёмными силами» ни Гарри, ни его наставники не общаются. Разве что вспомнить домовых и гоблинов, но они в сказочном мире Роулинг – смертные существа из плоти и крови (как гномы и эльфы у Толкина или фавны у Льюиса), а отнюдь не нечистые духи. В литературоведении (и особенно, если речь идёт о детской литературе) не принято столь прямолинейно отождествлять фольклорных персонажей с бесами, как это имеет место в богословии – иначе придётся анафематствовать все сказки подряд. И, кстати, Гарри никогда не использует палочку для личного обогащения или самоутверждения (именно перед этим искушением не устоял носовский Незнайка).

Но если не зацикливаться на слове «магия», в которое мёртвой хваткой вцепились как «светские» пропагандисты «Гарри Поттера», так и его «церковные» критики и которое, как мне кажется, появилось в тексте исключительно по лукавству переводчиков вместо традиционно-сказочного «волшебство», то очень быстро обнаруживаешь, что в «Гарри Поттере» полно сюжетных линий, позволяющих просто и наглядно пояснить юным читателям суть нашей, Православной, веры и нашей надежды.

В этой связи мы полагаем, что использование данной книги будет небесполезно в деле православного воспитания детей. Искренне надеемся, что данный журнал станет для православных родителей хорошим путеводителем по загадочным мирам Джоанн Роулинг, а для юных поттероманов – столь же хорошим путеводителем по не менее загадочному и увлекательному миру Православия.

Искренне ваш "Поттеровский дозор"








Остолбеней!

Джоанн Роулинг об истинном смысле "Гарри Поттера"

писательница даёт богословские комментарии к своим произведениям


В октябре роман «Гарри Поттер и Дары Смерти» вышел на русском языке. Дж. К. Роулинг тем временем ездила с турне по Америке: выступала перед поклонниками, раздавала интервью журналистам. Роулинг рассказала много интересного о своих героях. Это интервью – компиляция из того, что она говорила во время встреч с американскими читателями и репортерами.

Джоанн Роулинг


Collapse )
Остолбеней!

Гарри Поттер и первородный грех

Основная сюжетная коллизия «Гарри Поттера и даров смерти» («открывающаяся под конец», точь-в-точь как заколдованный мячик из книги) состоит в том, что чёрный маг Вольдеморт, убивший в первом томе родителей Гарри, невольно оставил часть своей души внутри мальчика, и теперь, по условиям сказки, пока жив Гарри, Вольдеморт остаётся неуязвим. В результате для победы над врагом, угрожающим безопасности всего человечества, Гарри, как это ни парадоксально, оказывается вынужден добровольно отказаться от борьбы и позволить Вольдеморту себя убить – ибо только в этом случае «тёмный лорд» может быть сокрушён. Для православного педагога такой поворот сюжета – замечательный повод поговорить о том, что такое первородный грех, к каким последствиям он привёл, и почему для их преодоления потребовалась мученическая Жертва Христа, а также о том, что означает Евангельская заповедь о подставленной щеке. Впрочем, для ответа на вопрос, почему мне кажется, что здесь начал разворачиваться богословский сюжет, стоит сперва выяснить, кто, собственно, такой Вольдеморт, и каким образом часть его оказалась в Гарри Поттере.




Тёмный лорд Вольдеморт

Collapse )

_______________________________________

Collapse )

Остолбеней!

«Да обрящу аз путь покаяния»

Книжки про Гарри Поттера позволяют проводить самые широкие богословские параллели и объяснять детям нормы Закона Божия. Вот, пожалуй, самый красноречивый пример.

Главная тайна «тёмного лорда», которую Гарри предстоит узнать в шестом томе, заключается в так называемых крестражах. По условиям фантастического мира Роулинг (который, к слову, от тома к тому всё меньше и меньше напоминает мир реального оккультизма – уже в четвёртом томе нет никаких указаний на оккультные реалии, даже вполне невинных упоминаний о Парацельсе и Агриппе[1], имевшихся в первой части), крестраж – это предмет, в который злой колдун может спрятать часть своей души, что позволяет ему оставаться бессмертным до тех пор, пока цел крестраж. Казалось бы, чисто фольклорный сказочный сюжет[2]. Но неожиданно оказывается, что именно этот сюжет вызывает чёткие ассоциации со вполне отрефлектированным православным богословием. Всё дело в «технологии» изготовления крестража. Душа, по условиям мира Роулинг (как и в богословии), мыслится как нечто цельное, простое и неделимое. Разделить её на части, как объясняет молодому Вольдеморту профессор Слизнорт, можно лишь с помощью «высшего деяния зла – убийства». Именно этот разговор и поворачивает сюжет, до сих пор развивавшийся по классическим канонам жанра «фэнтези» в русло не просто христианской культуры, но христианского богословия. По мысли древних отцов Церкви (в частности, Исаака Сирина, Афанасия Великого и Максима Исповедника), грех не столько делает человека виновным перед Богом, сколько уродует его собственную природу, делая его неспособным к Богообщению. Роулинг доводит эту святоотеческую мысль до логического предела: самый непоправимый из грехов – убийство – не просто повреждает душу, а разрывает её на части. Злой колдун может воспользоваться этим обстоятельством, чтобы создать крестраж[3] – но тем самым он делает свою душу чрезвычайно уязвимой и, как становится ясно из седьмой книги эпопеи, уже насквозь пронизанной богословием, серьёзно осложняет свою посмертную участь. Как и обычный человек.

Медальон Салазара
Медальон Салазара Слизерина - один из крестражей

Collapse )

______________________________________

Collapse )

Остолбеней!

«Человека определяют не свойства характера, а только сделанный им выбор»

            Любители обвинять «Гарри Поттера» в пропаганде оккультизма не замечают того, что книги Роулинг и снятые на их основе фильмы дают куда больше поводов как раз для антиоккультной проповеди. Одной из таких идей, решительно противопоставляющих фантастический мир Роулинг идеологии «нью-эйдж» и роднящих его с миром христианской культуры, является принцип свободной воли человека, последовательно утверждаемый положительными персонажами эпопеи. Этот принцип наиболее чётко, пожалуй, сформулировал Дамблдор в финале второй части: «Именно наш выбор, Гарри, определяет, что мы есть на самом деле, куда в большей степени, чем наши способности»[1]. В шестой части этот же принцип утверждается через противопоставление Гарри и лорда Вольдеморта, картины детства которого Дамблдор открывает перед глазами главного героя.

Охотники за дарами смерти

Collapse )

Остолбеней!

Что сильнее – вера, магия или… любовь?

             Перефразируя «классиков научного коммунизма», сформулировавших «основной вопрос философии», можно сказать, что основной вопрос православного фэнтези – жанра, который стремительно складывается у нас на глазах (Юлия Вознесенская, Дмитрий Емец, Никос Зервас, Ольга Никитина и иже с ними), пусть иногда и принимая уродливые формы, – звучит так: что сильнее – магия, вера или дубовый дрын? И, к сожалению и стыду нашему, значительная часть якобы-православных авторов выбирает именно третий вариант (как, например, Никос Зервас в печально знаменитой сказочке «Дети против волшебников», которая, будь она выпущена действительно церковным издательством, вполне могла бы сделать Православную Церковь объектом уголовного преследования).

Несколько иначе – в русле традиционных народных сказок – ставится проблема в «Гарри Поттере». Вера в качестве варианта там не рассматривается по понятным причинам: если бы Роулинг распростёрла своих волшебников ниц перед образом Христа, это стало бы проповедью совместимости христианства и магии, каковую проповедь можно было бы только анафематствовать[1]. Магия не даёт достаточной защиты: во-первых, чтобы стать хорошим волшебником в мире Роулинг, надо долго и усиленно тренироваться, а во-вторых, не будем забывать горестного замечания бывшего министра магии Корнелиуса Фаджа[2]: «Всё дело в том, что и наши противники тоже умеют колдовать». Тем более не рассматривается в качестве защиты «дубовый дрын»: любой мало-мальски уважающий себя волшебник в мире Роулинг в совершенстве владеет искусством «трансфигурации» и легко может превратить любое направленное против него магловское оружие во что-нибудь безобидное[3] – что с успехом проделывает в книге Фред Уизли, превращая брошенный в него нож в бумажный самолётик. Даже костры инквизиции настоящим волшебникам в мире Роулинг не страшны (см. кн. «Гарри Поттер и узник Азкабана»). Чем же по мнению писательницы можно защититься от чародеев?



       

Collapse )

Таким образом, защиту от колдовства в «Гарри Поттере», как и в большинстве традиционных сказок – от «Белоснежки» братьев Гримм и «Мёртвой царевны» Пушкина до «Чародеев» Стругацких – даёт любовь[5]. Но любовь не простая, а … Евангельская.

Collapse )

Остолбеней!

Гарри Поттер и наша Победа

Великой Победе 1945 года и светлой памяти
павших бойцов Антигитлеровской коалиции посвящается.

К написанию данной статьи меня подвигло ощущение дежа-вю, возникшее при чтении книги Владимира Мединского «Война». Книга во многих отношениях замечательная и во всех отношениях полезная, так как подробно и аргументированно разбивает русофобские мифы, нагромождённые в годы «холодной войны» и перестройки вокруг Великой Отечественной войны и Великой Победы. Зашла там речь и о лётчиках-асах. Многие из тех, кто застал горбачёвские «реформы» в сознательном возрасте, ещё помнят, с каким  садомазохистским удовольствием перестроечные журналисты полоскали воздушные победы асов люфтваффе, противопоставляя их нашим героям Кожедубу и Покрышкину. И вот в этом-то разделе натыкаюсь я на фотографию немецкого лётчика Эриха Хартмана. Этот воздушный пират по кличке Буби (Малыш), осуждённый после войны как нацистский преступник (он не брезговал нападениями на гражданские самолёты и даже на самолёты нейтральных держав) внешне оказался поразительно похож на … Драко Малфоя в исполнении актёра Тома Фелтона. Внешность Драко Роулинг подробно описывает в первом томе «Гарри Поттера», Фелтона, безусловно, подбирали под внешнее сходство с этим описанием, но откуда здесь взялся Эрих Хартман? Случайное ли это совпадение, или режиссёр Крис Коламбус держал в голове, помимо роулинговского текста, ещё и эту фотографию, попавшую в книгу Мединского[1]? Конкретного ответа на данный вопрос я не нашёл. Но вот ассоциации со Второй Мировой войной при чтении определённых мест «поттерианы» всё же прослеживаются. А значит, есть основания и для дежа-вю.



Эрих Хартман
Нацистский воздушный пират Эрих Хартман по прозвищу Буби...

Драко Малфой крупным планом
... и Драко Малфой в исполнении Тома Фелтона



Казалось бы, что общего может быть между абсолютно фантастическим миром, созданным Джоанн Роулинг, и реальной трагедией Второй Мировой войны? Однако при внимательном чтении такие параллели обнаруживаются отчётливо.

Collapse )
Остолбеней!

"Гарри Поттер" и Промысл Божий

Ире Танасийчук и другим украинским поттероманам
с братской о Христе любовью посвящаю.

Филососфский камень афиша

В христианском богословии одно из ключевых понятий - это понятие Промысла Божия. И, пожалуй, нет другого такого богословского термина, который толковался бы мирянскими активистами и околоцерковными журналистами более извращённо, чем этот. Промысл Божий - это не всевозможные тайные "знаки" и "приметы", по которым особо духоносные старцы могут угадывать будущее. Такая трактовка целиком и полностью принадлежит язычеству. Открываем учебник Закона Божия (автор - протоиерей Максим Козлов) и там читаем: "Промысл Божий есть непрестанное действие всемогущества, премудрости и благости, которыми Бог сохраняет бытие и силы тварей, направляет их к благим целям, всякому добру вспомоществует, а возникающее через удаление от добра зло пресекает или исправляет и обращает к добрым последствиям" (со ссылкой на "Пространный христианский катехизис свт. Филарета Дроздова).

То есть, Промысл Божий никакого отношения не имеет к предсказанию будущего, напротив, его действие наиболее ясно видно именно в ретроспективе, когда, оглядываясь назад, мы замечаем те события, которыми Господь незримо сохранил нас от зла.

Collapse )

Остолбеней!

Стэн Шанпайк, денацификация и бесовская прелесть



Сегодня речь у нас пойдёт о персонаже, которого даже персонажем второго плана трудно назвать - так, человек, эпизодически мелькающий на страницах семитомной эпопеи. И тем не менее - неожиданно важный для раскрытия других образов. Я говорю о Стэне Шанпайке.



Стэн Шанпайк. Таким его увидел режиссёр фильма
"Гарри Поттер и узник Азкабана" Альфонсо Куарон


Как известно, Стэн Шанпайк в шестом томе Поттерианы был арестован по приказу министра магии Руфуса Скримджера, что стало причиной неприязни к последнему со стороны Гарри. Скримджер опасался, что кондуктор автобуса "Ночной рыцарь" может быть связан с сектой пожирателей смерти, так как он хвастался, что ему известны их планы. Гарри же, имевший удовольствие общаться со Стэном, знавший, что Стэн любит прихвастнуть, чтобы придать себе значимости в глазах собеседника, считал обвинение необоснованным и резко выступал против этого ареста. Известно также, что в седьмом томе Поттерианы Стэн действительно оказывается в рядах пожирателей смерти, преследующих Гарри (глава "Семеро Поттеров). Однако Гарри, отбиваясь от наседающих на него со всех сторон пожирателей, всё же успевает заметить, что Стэн находится под действием зомбирующего заклятия "Империус", и потому лишь обезоруживает бывшего кондуктора, но не атакует. "Я не стану убивать людей только за то, что им случилось преградить мне путь, - объяснил впоследствии свой поступок Гарри. - Этим пусть занимается Вольдеморт!"

Посыл, содержащийся в данной истории, достаточно очевиден. Даже в условиях войны (а противостояние добрых волшебников приспешникам "тёмного лорда" Вольдеморта однозначно трактуется героями Поттерианы как война) следует делать различие между истинными врагами, теми, кто разделяет преступную идеологию твоего противника, и теми, кто случайно оказался вовлечён в водоворот событий на неправильной стороне в силу тех или иных обстоятельств. Последние, по существу, не виноваты, что сражаются против сил Добра, и потому относиться к ним надлежит с максимально возможным милосердием.


Collapse )




Остолбеней!

Любопытный образ

Удивительный персонаж, если вдуматься - Луна Лавгуд. Такое ощущение, что она органически не способна на кого-то сердиться или к кому-то испытывать враждебность. Резкость ей не свойственна совершенно, она неизменно - сама приветливость и само дружелюбие.





Однако, такое впечатление на поверку оказывается очень и очень поверхностным. Ибо у этой добродушной и немного не от мира сего девочки оказываются твёрдые жизненные принципы. Луна - не дурочка, не моралфаг, повторяющий в любых жизненных обстоятельствах "ребята, давайте жить дружно", и толерастией головного мозга тоже не страдает. Она - одна из самых активных участниц Отряда Дамблдора, стоявшая у самых его истоков.Когда в финале 5-й части Гарри считает, что Вольдеморт захватил в плен Сириуса, Луна настойчиво рвётся лететь вместе с ним в министерство и сражаться там, хотя Гарри отчаянно не хочет подвергать её жизнь риску. Во время битвы в Министерстве, когда Рон и Джинни оказываются выведены из строя, именно находчивость Луны и её способность к сопротивлению в какой-то миг спасают всю компанию. Луна вместе с Невиллом и Джинни принимает участие в патрулировании школы в 6-й части, - только они втроём откликнулись на призыв Гарри, когда все другие ребята из отряда отказались. Она участвует в воссоздании отряда, когда школу захватывают "пожиратели смерти". И не просто участвует - она стремится нанести захватчикам реальный ущерб, когда вместе с Невиллом и Джинни предпринимает попытку похитить меч Годрика, не догадываясь, что на самом деле этот меч - фальшивка. Наконец, она просто лично сражается и в Битве в Министерстве, и в Битве за Хогвартс, причём в ходе последней спасает Гарри от дементоров. Так что за свои принципы и за своих друзей она, не раздумывая, пожертвует собой. И при этом - такая удивительная беззлобность и нераздражительность. По-моему, в ней много от христианских святых жён.

Collapse )